Сравнительные жизнеописания в 3-х томах - Страница 200

200

Такую же печальную картину представляла Греция и во времена Плутарха: «Общую убыль населения, произведенную во всем почти мире смутами и войнами, в очень большой степени испытала Греция: теперь она вся едва ли могла бы выставить три тысячи гоплитов, — число, которое один город Мегара выслал в сражение при Платеях» («Об исчезновении оракулов», VIII).

Когда Август сделался единовластителем, провинции римского народа были поделены между сенатом и императором (в 27 г. до н. э.). Старые внутренние провинции, в которых уже не велись войны, были предоставлены управлению сената; недавно покоренные, пограничные, не вполне умиротворенные провинции остались за императором. Греция, получившая тогда название провинции Ахайи, осталась в ведении сената, но при Тиберии стала императорской провинцией. Сенатские провинции управлялись по-прежнему бывшими консулами и преторами, получившими свое назначение по жребию, который они бросали в сенате. Они обыкновенно оставались в провинции только год и были настоящими гражданскими правителями, потому что не имели войск под своей командой. Императорские провинции управлялись легатами, т. е. наместниками императора. Они назначались на неопределенный срок непосредственно императором. Легаты были военными губернаторами, так как они в то же время командовали легионами.

В положении губернаторов республиканского и императорского периодов была громадная разница. Проконсул, командированный в провинцию республикой, в сущности не зависел ни от кого. Он не был обязан отдавать отчет в своих действиях ни провинциалам, ни самой республике. Он представлял собой настоящего царька, не знавшего ни границ, ни контроля своей власти.

Во времена империи этот порядок изменился. Деспотизм проконсулов был устранен деспотизмом императоров, так как у императора было право верховного наблюдения и над правителями сенатских провинций. В случае каких-либо притеснений со стороны правителя, провинциалы имели право жаловаться императору, и императоры, даже очень несправедливые, сурово наказывали таких правителей.

Таково было положение Греции во времена Плутарха.

* * *

О жизни Плутарха почти ничего неизвестно, кроме того, что можно извлечь из его собственных сочинений. Он родился между 46 и 51 г. н. э. в маленьком греческом городке Херонее в северо-западной части Беотии. Плутарх глубоко любил родной город. Его отец и предки были старожилами Херонеи и пользовались большим уважением. Его прадед был Никарх, живший в Херонее во время борьбы Антония с Октавием (31 г. до н. э.); его дед был Ламприй, которого он не раз выводит действующим лицом в своих сочинениях. Это был человек образованный, веселый и остроумный собеседник (особенно за вином), доживший до возмужалости Плутарха. Отец Плутарха Автобул был также человек образованный, знакомый с историей и отчасти философией, тоже принимавший участие в ученых застольных беседах. У Плутарха было два брата, Ламприй и Тимон, — тоже образованные люди.

В такой культурной среде Плутарх был воспитан. Он женился, — неизвестно в какие годы, — на Тимоксене, от которой имел четырех сыновей и одну дочь. Два сына — старший и младший — и дочь умерли в детстве. По поводу смерти дочери, случившейся в его отсутствие, он написал жене утешительное письмо, сохранившееся в его сочинениях.

Достигнув юношеского возраста, Плутарх для довершения образования поехал в Афины, которые и в то время считались центром просвещения, и изучал там философию под руководством философа перипатетической школы Аммония, которого он выводит несколько раз действующим лицом в своих сочинениях. Он находился в Афинах в 66 г., когда Нерон путешествовал по Греции. Из Афин он вернулся в Херонею, а после этого посетил много других городов Греции; ездил также в Александрию; можно предполагать, что все эти путешествия были совершены еще в молодые годы, но точных сведений о их времени и обстоятельствах у нас нет.

Кроме Аммония, у Плутарха были и другие учителя. Образование свое он дополнял чтением книг. Благодаря своей необыкновенно хорошей памяти он приобрел этим способом громадную ученость. Плутарх внимательно прочел сочинения греческих поэтов, ораторов, историков и философов и таким образом изучил историю и отечественную литературу. Он знал также изящные искусства и теорию музыки, естественные науки и медицину.

Незадолго до 90 г. Плутарх ездил в Италию и Рим; эта поездка имела большое влияние на всю его последующую жизнь. О ней он рассказывает в . Здесь он сперва говорит, что автору, желающему написать историю на основании материалов, не находящихся у него под руками, а рассеянных по разным местам, необходимо жить в каком-нибудь исторически знаменитом, культурном и многолюдном городе, где можно иметь в изобилии книги и узнавать о таких событиях, которые неизвестны писателям, но сохранились в народной памяти. После этого он продолжает: «Что касается меня, то я живу в маленьком городе и охотно живу в нем, чтобы он не сделался еще меньше. Когда я был в Риме и в Италии, я не имел времени изучать латинский язык из-за государственных дел и из-за тех лиц, которые приходили ко мне для занятия философией. Поэтому лишь поздно, уже в пожилых годах, я стал читать латинские книги. Со мною происходило нечто удивительное, но это правда. Мне приходилось не столько из слов узнавать факты, сколько из фактов, сколько-нибудь мне известных, понимать слова. Что же касается красоты латинского языка, его быстроты, метафор, гармонии и всего, что служит украшением речи, то понимать все это я считаю интересным и приятным; но изучить это и приобрести навык нелегко: это доступно тем, у кого есть больше свободного времени и кому годы позволяют браться за такие занятия».

200